Читать книгу - "Мятежная вдова. Хозяйка швейной фабрики [Первая часть] - Яна Смолина"

Я послушалась, и очень скоро мы подошли к входу в какую-то зловещую пещеру. Зев её напоминал пасть огромного зверя, утыканную сверху кольями жутких зубов, и мне не сразу удалось убедить себя, что это всего лишь камни.

Диего не спешил. Дождавшись моего вопросительного взгляда, он мотнул головой, чтобы я шла вперёд.

— Нам туда? — спросила я, неуверенно всматриваясь в темноту.

— Это единственный путь. Но если вы желаете пробираться по скалам, кто я такой, чтобы вам мешать.

Беззвучно выругалась. Теперь, стоя у подножия не внушавшей доверия пещеры, я поняла, что зря попросила его о помощи. Впереди безлюдные скалы, позади окраина бедного квартала. Зови, не зови, никто не услышит. А с Борджеса станется. Сейчас затащит меня в пещеру, глотку перережет, а потом и фабрику мою заберёт.

Стала судорожно соображать, как отделаться от конвоира. Но Диего вдруг заговорил:

— Здесь темно. Но дорога хорошая. Я часто бывал в этих местах и знаю путь не хуже коридоров собственного дома. Вы можете не доверять мне, сеньора. Но прошу, не лишайте удовольствия выяснить, для чего вам понадобился старик Пабло. Вы ведь добровольно не расскажете.

Он как-то хитро уставился на меня, и я невольно усмехнулась, ответив:

— Сохраню интригу, сеньор. Пойдёмте, попробую вам довериться. Надеюсь, не пожалею об этом.

Мы шагнули вглубь пещеры и пошли вперёд. Как только свет померк, и я оказалась в непроглядной тьме, случилось то, чего и следовало ожидать.

Глава 29

Я споткнулась о торчащий из земли булыжник. Ожидая, что вот-вот распластаюсь на неровных камнях и сломаю себе что-нибудь, взвизгнула. Но приземлиться не успела. Шедший рядом мужчина ловко подхватил меня.

— Вы же сказали, что здесь дорога хорошая, — проворчала я, ощутив себя прижатой к Борджесу.

— А вы поверили.

Насмешка в его голосе вызвала у меня волнение. Я не видела Диего. Он стоял позади и почему-то не выпускал меня, хотя опасность миновала. Я почти испугалась этой близости, а когда объятия медленно разомкнулись, и меня настойчиво подхватили под локоть, покорно подчинилась. Теперь Диего вёл меня и, казалось, словно кот видел в кромешной тьме всё, что нужно было видеть.

— Старайтесь выше поднимать ноги, сеньора, — сказал он. — Кроме случайных камней здесь могут попасться змеи и крысы.

Я вздрогнула. Ну не хватало ещё. Сразу захотелось на ручки, и я невольно прижалась к мужчине. Он что, специально это сказал, чтобы меня подразнить?

— Почему мне кажется, — продолжила я, крепче вцепляясь в его плечо, — что где-нибудь рядом есть куда более безопасный путь, а вы просто издеваетесь надо мной?

— Будь здесь безопасный путь, старик бы давно перебрался поближе к вулкану, чтобы уж точно никто его не беспокоил.

— Но почему? Он ведь учёный. Всё, что он делает, должно приносить пользу.

Борджес медлил с ответом, и меня это насторожило.

— У Пабло есть причины опасаться людей, — всё же сказал он.

Я ещё пару раз споткнулась, но, к счастью, не упала, благодаря моему спутнику, а когда впереди забрезжил свет, даже обрадовалась. Неужели пришли? Но радость длилась недолго. Как только мы выбрались из царства мрака, перед нами раскинулась пропасть.

В силу прожитых лет меня не так-то просто было удивить. Но природа Тальдаро сделала невозможное.

Глубокая трещина между скалами, которая уходила вниз настолько, что я не могла увидеть дна, внушала трепет. Она тянулась в обе стороны бесконечной изломанной линией и перейти её не представлялось возможным. С противоположного её края тянулся ряд невысоких деревьев и кустов. Они росли прямо на скалах. Более того, некоторые из них даже имели замысловатые цветы, и это несмотря на сухую каменистую почву и жуткий зной. Неужели родственники кактусов?

Я не сразу поняла, что всё ещё держусь за Диего обеими руками и прижимаюсь к нему, гипнотизируя пейзаж.

Резко отпрянула и выпрямилась, стараясь не смотреть на бесячую ухмылку.

— Ну и куда дальше? — спросила я с вызовом.

— Выбор невелик. Через ров есть только один ход.

Игнорируя мой вопросительный взгляд, Диего развернулся и пошёл вдоль обрыва.

Мы не могли идти рядом, слишком узкой была тропа между растущими ввысь камнями и пропастью. В какие-то моменты хотелось даже прильнуть спиной к скалам и пробираться бочком. И вскоре я многократно пожалела о том, что не выяснила поподробнее, где проживает сеньор изобретатель.

Диего двигался бесстрашно. Даже как-то по-особому, покачиваясь из стороны в сторону и, по мере возможности широко расставляя ноги. Я бы не удивилась узнать, что это флотская привычка, человека, которому приходилось удерживать равновесие на палубе во время сильного шторма.

Поймала себя на мысли, что залюбовалась его широкой, сутуловатой спиной, твёрдой, уверенной поступью, а когда Диего понял, что я смотрю на него, и чуть повернулся, едва не запуталась в ногах. Не хватало ещё из-за такой глупости свалиться в яму!

— Сеньор Борджес, — решилась я заговорить, чтобы он там себе не думал лишнего, — не могли бы вы рассказать мне, что случилось и почему сеньор Пьезоро закрылся от мира?

Мужчина брезгливо фыркнул.

— Каждая собака в Тальдаро знает, что он сделал. Странно, что вы не знаете.

— Ну может быть это потому, что я не собака. Ой! — вскрикнула и чуть не отскочила, хоть и отскакивать, собственно, было некуда. На стене, куда я только что чуть не положила ладонь, сидел скорпион!

Диего порывисто развернулся и в мгновение оказался настолько близко, что я забыла про страшного монстра с ядовитым жалом и чуть не захлебнулась волнением. Во взгляде тёмных глаз, устремлённых на меня, скользнула тревога, но быстро рассеялась. Увидев скорпиона, мужчина произнёс укоризненно:

— Мне иногда кажется, что вы нездешняя и вас занесло к нам неизвестно, откуда с целью изводить местных жителей, Марлен. По сторонам смотрите. Опасные твари в Тальдаро на каждом шагу.

Ответ на эту тираду застрял в горле, из которого вырвался нервный смех. Никогда ещё Штирлиц, то есть, Марлен в моём лице, не была так близка к провалу. Неужели со стороны я действительно кажусь здесь чем-то несуразным, вневременным? Но это ведь не странно. Сложно вот так сразу перестроиться.

— Не собиралась я никого изводить! — возмутилась я и сама не заметила, как меня вдруг понесло. — И ничего не имею против вас, Диего! Хватит уже подозревать меня во всяких тёмных делишках! Я никогда не была роялисткой, никогда не поддерживала гнёт меньшинства большинством и всю эту неоправданную роскошь, когда другие голодают. Да я благодарить должна вас и ваших людей за новую, справедливую жизнь, в которой ещё есть, над чем